Российская наука оказалась в ситуации, когда амбициозные планы по технологическому суверенитету сталкиваются с суровой реальностью дефицита собственных технологий. Счетная палата провела масштабный аудит того, как эффективно расходовались бюджетные средства, выделенные в период с 2021 по 2024 годы на модернизацию приборной базы крупнейших исследовательских центров страны. Результаты проверки, оказавшиеся в распоряжении РБК, рисуют неоднозначную картину: с одной стороны — заметный прогресс, с другой — пугающая зависимость от зарубежных поставок.
Напомним, что фундаментом этой программы стал указ президента Владимира Путина от 2018 года. В рамках национального проекта «Развитие инфраструктуры для научных исследований и подготовки кадров» перед государством стояла конкретная цель: к 2024 году обновить не менее половины парка оборудования в ведущих НИИ. Для этого ученым предоставлялись гранты-субсидии. Масштаб финансирования впечатляет: за четыре года было выделено более 54,5 миллиарда рублей. Из этой колоссальной суммы 46,691 миллиарда поступило напрямую из федерального бюджета, а оставшиеся 7,894 миллиарда рублей были привлечены из внебюджетных источников.
География и охват программы также внушительны. Гранты получили 218 ключевых научных организаций, разбросанных по 38 регионам России. Ежегодно поддержка охватывала чуть более 12% от общего числа ведущих исследовательских институтов. При этом Минобрнауки применяло гибкий подход к расчету сумм: при определении размера гранта учитывались не только потребности, но и «вес» организации — количество работающих исследователей, их научную продуктивность и текущий уровень оснащенности. В результате разброс выплат оказался огромным: от скромных 4,3 млн рублей, полученных Институтом Российской истории РАН, до гигантских 1,497 млрд рублей, направленных на нужды МГУ им. М.В. Ломоносова.
Однако главная проблема кроется не в деньгах, а в возможности их потратить на отечественные разработки. Аудиторы обнаружили критическую «слепую зону»: порядка 118 наименований необходимого научного оборудования не производятся ни в России, ни в дружественных нам странах. Эту информацию подтвердили Минпромторг и Росстандарт. При этом эксперты подчеркивают: потенциал для создания таких приборов есть, существуют организации с нужными компетенциями. Выход из тупика видят в том, чтобы включать разработку такого дефицитного оборудования в государственные задания для научных центров.
Если взглянуть на структуру закупок, то картина мирового разделения труда очевидна. Лидером по поставкам стала Россия (35,4% или 18,6 млрд рублей), но за ней плотно следует Китай с долей 24,1% (12,7 млрд рублей). Замыкают топ-пять США (9,2%), Германия (8,1%) и Япония (4,9%). Примечательно, что более половины всех закупок (51,5%) пришлось на оборудование для проведения измерений, испытаний и навигационных систем.
Несмотря на сложности, определенные успехи в импортозамещении есть. В некоторых институтах произошел настоящий прорыв: например, в Институте проблем экологии и эволюции им. А.Н. Северцова доля импортной техники рухнуть с 66,4% до 23,9%. В Физическом институте им. П. Н. Лебедева (ФИАН) также видна положительная динамика — снижение доли импорта с 77,2% до 58,5%. Впрочем, в Институте биоорганической химии РАН ситуация практически не изменилась, застыв на уровне 78,8%. В целом по всем ведущим организациям общая доля иностранного оборудования снизилась лишь незначительно — с 61,9% до 59,3%.
Подводя итог, Счетная палата отмечает: федеральное финансирование действительно помогло обновить приборную базу, и техническая оснащенность институтов растет. Но есть и системный сбой. Минобрнауки, по мнению аудиторов, не обеспечило должного контроля за реализацией программ. Главная претензия — отсутствие четкой методики оценки результатов. Из-за разрозненных формулировок и нестыковок в расчетах невозможно объективно сказать, насколько эффективно каждый вложенный рубль приближает нас к цели.
На данный момент РБК направил официальный запрос в Минобрнауки для получения комментариев по выявленным нарушениям.
